Читаем без скачивания Печать силы - Анастасия Гофман

– Я попрошу его зайти к тебе, – блондинка попыталась сгладить неловкую ситуацию, и новенькая была ей благодарна за это.

– Можно еще один вопрос? Я просыпалась хотя бы раз за это время? Просто… я ничего не помню, а из стакана кто-то…

– А ты наблюдательная, – добродушно прервала ее Лена. – Но нет, не просыпалась. Должно быть, кто-то из твоих друзей приходил сегодня утром. Я могу проверить журнал посещений, если хочешь.

– Так вот зачем нужен тот журнал, – девчонка вспомнила про тетрадь, некогда лежавшую без дела в ее комнате. – Нет, спасибо, не стоит. Пусть это останется в тайне.

Она нервно засмеялась, прежде чем поняла, что шутка совершенно неудачная. Лена еще некоторое время рассказывала пациентке обо всем, что было проделано с ее ранами за последние дни. А затем мило попрощалась и ушла.

Дверь вновь противно заскрипела, заставив Вилену оторваться от «занимательного» разгадывания судоку. Знакомая фигура медленно зашла в палату, словно боясь кого-нибудь разбудить. Паша неуверенно смотрел по сторонам. Это свидетельствовало о том, что за эти четыре дня он не навещал свою напарницу. Вилена тут же поняла это и недовольно буркнула себе под нос.

– Да заходи ты, здесь никого нет, кроме меня.

– Я боялся разбудить тебя, – он улыбался, держа в руках маленький яркий букет цветов, перевязанных белоснежной лентой. Вилена вопросительно посмотрела на парня, принимая подарок.

– Спасибо, но в честь чего?

– Просто так, – равнодушно ответил Паша, присаживаясь на соседнюю кровать. – Это не от меня.

– О, здорово…

– Да, это от Марка. Попросил передать.

Вилена загадочно улыбнулась, наблюдая за тем, как изменилось выражение лица наставника: от приветливого до презрительно-недовольного.

На мгновение в воздухе повисла неловкая пауза: девушка пыталась запихнуть букет в узкий стакан с водой, и когда у нее все-таки получилось, стакан опрокинулся, облив сумку, лежавшую на полу.

Вилена недовольно цыкнула, наклонилась, чтобы поднять букет. Наставник заметил выбритый на ее голове участок волос. Паша прочистил горло, чтобы привлечь внимание подруги, одновременно пытаясь сдержать смешок.

– Я так и знала, что ты не сможешь промолчать, – злобно отозвалась девчонка, вернувшись в нормальное положение. Мокрый букет теперь покоился на тумбочке рядом с телефоном. – Мог хотя бы для приличия сделать вид, что не заметил ничего.

– Прости, но… Это выглядит довольно забавно.

– Подставляй сюда голову, и я тебе сейчас твою собственную забаву вырежу.

Паша виновато потупил взгляд, но все так же улыбался. Вилена поправила больничный халат, который окутал ее ноги, мешая нормально двигаться. Ткань никак не хотела слушаться, лишь сильнее стягивая конечности, отчего девушка пришла в еще большее бешенство.

– Скажи спасибо своей подружке, ведь это благодаря ей у меня на голове теперь подстриженный газон.

– Она мне не подружка, – спокойно ответил парень.

– Да что ты, почему же она тебе в рот заглядывает? Так и крутится вокруг тебя.

– Не замечал я такого…

– Ты вообще ничего вокруг себя не видишь.

Павел молча взглянул на свою напарницу. Вилена, как и обычно, было зла на весь мир, ведь из всех четверых, кто соревновался в тот день, пострадала именно она. Ведь именно она больше всех не хотела принимать в этом участия. А теперь была прикована к больничной койке, в то время как остальные наслаждались жизнью. И что раздражало еще больше – никто не приходил. Все эти мучительные дни сна никто из них даже не удосужился прийти посмотреть, не откинулась ли их подруга.

Паша взял Вилену за руку, девушка отстранилась.

– Да не дергайся, – резко сказал ей наставник, не ослабляя хватку.

Он окутал девушку мягкой энергией целителя, пытаясь нащупать слабые места. Он словно по карте мысленно обошел каждый уголок тела, проверяя каждую точку энергии, и наконец заключил, что все в порядке. Как ни странно, но после той драки Вилена стала лучше себя контролировать. Боль в груди практически не ощущалась.

– Ты серьезно? – не веря собственным ушам, переспросила Вилена.

– Да, очевидно, тебе было необходимо немного встряхнуться. Так бывает.

– Но предупреждаю сразу, я больше ни за что в жизни не буду участвовать в турнире! Мне хватило одной лысины на голове!

– Да, не стоило, пожалуй, идти на такой риск. Первогодкам вообще-то нельзя соревноваться с наставниками в турнирах…

– Что? – вскипела Вилена, бросив еще один разъяренный взгляд. – Почему тогда вы так меня уговаривали?

– Чтобы всем показать, что не стоит тебя бояться из-за той истории. Ты будешь удивлена, если я скажу, что после твоего поражения многие перестали перемывать тебе косточки по углам? Теперь все уверены, что ты… обычная. А судя по тому, что сам директор проводил тебя в больничное крыло, вряд ли ты являешься плохим человеком.

Вилена затаила дыхание, как только услышала эти слова. Ее сердце тут же успокоилось, а губы дрогнули в попытке улыбнуться.

Парень чувствовал легкую вину за то, что его подруга пострадала, но все равно не подавал вида. Он внутренне отказывался брать на себя ответственность каждый раз, когда с этой девчонкой что-то происходило. Вилена далеко не первый раз оказывалась покалеченной: ей часто доставалось на тренировках, но раньше она никогда не жаловалась, скорее наоборот, гордилась тем, что совершенствует свои способности.

Вывести Вилену из себя не составляло особого труда: одна неудачная шутка или даже взгляд исподтишка могли привести ее в бешенство. Паша давно это понял и иногда специально доводил подругу на тренировках. Когда Вилена злилась, ее силы становились куда более полезными.

– Боже, сколько еще мне здесь торчать, – устало прошептала девчонка, откидываясь на мягкую подушку.

– Вообще-то, ты можешь уйти прямо сейчас, если конечно захочешь.

– Ты серьезно? – с удивлением спросила она, пытаясь распознать ложь в глазах наставника.

Но они не выражали ничего, кроме спокойствия.

– Круто, тогда… я приду к фонтану, как только найду свои вещи, – Вилена смущенно одернула подол рубашки, вставая с кровати. – Если ты подождешь меня там…

– Да, кстати, – Павел слегка замешкался, прочистил горло, прикрывая рот сжатой в подобие кулака рукой, – насчет твоих родителей.

Девушка тут же замерла, одарив наставника испуганным взглядом. Каждая клеточка ее тела вздрогнула, когда разум представил, что же сейчас скажет парень.

– Вчера утром состоялось закрытое слушание по делу твоих родителей. И… разрешилось оно не в их пользу, разумеется. – Паша старался тщательно подбирать слова. – Ты должна понимать, таких как мы при нарушении закона никто на свободу не выпустит. Я боюсь, теперь ты не скоро сможешь их увидеть. По крайней мере до тех пор, пока не получишь разрешение покидать город. А дальше… только свидания.

Вилена не двигалась. Силы словно покинули ее.

Она ждала этого, знала, что Паша скажет ей именно это, но… Ожидание было не таким болезненным, как то, что она услышала. Ее родители осуждены. И она, возможно, никогда больше их не увидит. Она больше никогда не получит от них совета; они никогда не откроют ей правды о том, что же произошло той ночью семнадцать лет назад. Вилена была растеряна. Вилена было собрана. Она понятия не имела, как ей относится ко всему произошедшему, ведь с одной стороны, она считала, что убийство – это удел зла, а с другой – пыталась всячески оправдать свою семью. Ей хотелось вырваться наружу и закричать, что они не виновны. Ей хотелось навеки замолчать и больше никогда не произносить их имен. Девчонка разрывалась на части, не в силах выбрать одну сторону.

– Откуда ты знаешь об этом? – тихо спросила Вилена, продолжая рассматривать кафельный пол пустыми безжизненными глазами.

– Я твой наставник, и мне сказали об этом первому, чтобы я рассказал тебе.

– Я хочу поговорить с ними.

– Это невозможно…

– Мне все равно! – девушка криком перебила его, пытаясь сдерживать подступившие слезы. – Хотя бы по телефону! Мне нужно знать, что с ними! Пожалуйста.

– Успокойся.

Но она не могла этого сделать. Вилена понимала, что ведет себя, как ненормальная, но отчаяние и ненависть переполняли ее. Ей сложно было судить о «нормальности» в такой ситуации. Она не считала себя нормальной, в особенности сейчас, когда ее силы начали пробуждаться, делая ее не человеком.

– Неужели ты не понимаешь, как это важно?

Как только бурлящий ужас внутри проснулся, обрушивая на хрупкое тело нескончаемые потоки разрушения, Павел схватил напарницу руками, не давая ей выплеснуть накопившуюся силу. Он забирал ее, не переставая «высасывать» энергию, как пиявка. Он ощущал прилив сил, чужая энергия разливалась по его холодным жилам жгучим пламенем, а Вилена становилась все беспомощнее и слабее. Она пыталась вырваться, как некогда вырывалась из рук Марка, но в глубине души понимала, что проиграет… нет, даже желала проиграть.